Филимонов Василий Савельевич (wsf1917) wrote,
Филимонов Василий Савельевич
wsf1917

Образование Израиля и Война за независимость

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 181 – о создании на территории британского мандата в Палестине двух независимых государств – была принята в субботу, 29 ноября 1947 года. Самый весомый тогда вклад внес СССР и "лично товарищ Сталин". ...

Англичане доказывали Трумэну, что нельзя разрешать эмиграцию евреев в Палестину, поскольку это коммунистические заговорщики, которых туда отправляет Сталин. Это, мол, часть операции по коммунистическому проникновению на Ближний Восток... В этом были уверены и американские дипломаты. Они вышли из повиновения президенту и фактически проводили собственную линию. Американский представитель в Совете Безопасности Уоррен Остин заявил, что решение о разделе Палестины просто невыполнимо. Об этом выступлении Трумэн с изумлением узнал только на следующий день. Он записал на календаре: «Оказывается, государственный департамент пересмотрел мою политику. И я узнаю об этом из газет! Что за чертовщина? Теперь я предстал в роли лжеца, которому нельзя верить. В государственном департаменте всегда были люди, которым хотелось перерезать мне горло. Наконец им это удалось...».

Гарри Трумэн проявил упорство. Он каждый день звонил в государственный департамент, интересуясь, как исполняется его указание. Более того, он потребовал от государственного департамента обеспечить, чтобы и латиноамериканские страны голосовали либо за раздел Палестины, либо воздержались...

Самыми влиятельными противниками сионистов были в Вашингтоне два человека, от которых, собственно, и зависела внешняя политика Соединенных Штатов: государственный секретарь Джордж Маршалл и министр обороны Джеймс Форрестол. Джордж Кэтлетт Маршалл всю жизнь провел на военной службе. После нападения японцев на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор в декабре 1941-го президент Рузвельт сделал его своим военным советником. Именно Маршалл рекомендовал Трумэну применить атомное оружие против японцев в сорок пятом... После войны Маршалл ушел в отставку, и Трумэн назначил его государственным секретарем. Маршалл был автором знаменитого плана подъема европейской экономики ["план Маршалла"]. Он пригрозил президенту отставкой, если Трумэн позволит Израилю появиться на свет.

Джеймс Винсент Форрестол в 1940 году стал специальным помощником президента Рузвельта, затем заместителем военно-морского министра. Форрестол вырос в антисемитском окружении. Когда он занимался бизнесом, крупные компании не брали на работу евреев. С этими представлениями он пришел на государственную службу. Когда он возглавлял военно-морское министерство, евреи-моряки не имели шанса на продвижение. Появление еврейского государства его никак не устраивало. Он доказывал, что арабская нефть важнее всего остального, и задача американской внешней политики – обеспечить вооруженные силы нефтью.

«Вы просто не понимаете, что сорок миллионов арабов столкнут четыреста тысяч евреев в море. И все. Лучше подумайте о нефти – мы должны быть на стороне нефти», – говорил Форрестол. Форрестол рассказывал всем знакомым, что из министерства обороны его выживают сионисты.

Изумленный Трумэн попросил аккуратно выяснить, что с ним происходит. Президенту доложили, что Форрестол страдает психическим расстройством. Стало ясно, что военная политика Соединенных Штатов определяется постепенно сходящим с ума маньяком. Трумэн решил, наконец, избавиться от надоевшего ему Форрестола, вручил ему медаль, поблагодарил за службу и отправил в отставку.

В конце концов его поместили в военно-морской госпиталь в Бетесде, где лечат высокопоставленных чиновников. Он кричал, что его преследуют сионисты и коммунисты. Утром его по недосмотру оставили одного, и он выпрыгнул с шестнадцатого этажа [автор статьи опустил одну весьма характерную деталь, о которой писали тогда все газеты мира, но особенно красочно расписывали разумеется в советской прессе. В расположенных по соседству палатах того госпиталя и находившиеся в коридоре дежурные сотрудники ясно расслышали слышали громкий вопль, с которым Форрестол рванул вдруг к окну: "Русские идут!"]...

Вскоре стало ясно, что арабские страны не позволят решению ООН о разделе Палестины вступить в силу. В декабре 1947 года советский посланник в Ливане Даниил Солод переслал в Москву запись беседы с премьер-министром страны: «Арабские страны окончательно договорились ни при каких условиях не соглашаться на раздел Палестины и создание в ней еврейского государства. Премьер-министр Ливана повторил уже сказанные мне однажды президентом Сирии слова о том, что если понадобится, то арабы будут бороться за Палестину в течение двухсот лет, как это было во время крестовых походов...» В Сирии сформировали Арабскую освободительную армию для захвата всей Палестины. Точно так же и египетская армия готовилась взять всю Палестину под контроль.

Через несколько дней после того, как Генеральная Ассамблея ООН проголосовала за создание двух новых государств в Палестине, Соединенные Штаты запретили продажу оружия на Ближний Восток. Государственный департамент объявил, что не будет выдавать паспорта лицам, намеренным служить в неамериканских вооруженных силах. Это было направлено против американских евреев, которые хотели помочь Израилю.

Но Англия отказалась присоединиться к эмбарго на поставки оружия. Она подписала крупные контракты с арабскими странами, которые не хотела разрывать. Так что арабский мир продолжал получать оружие в огромных количествах.

Палестинские евреи обратились к советским представителям. Пятого февраля сорок восьмого года будущий министр иностранных дел Израиля Моше Шерток беседовал с Громыко. Он просил советское руководство помочь оружием.

К тому времени Сталин уже отдал приказ вооружить палестинских евреев, чтобы они смогли создать свое государство. Поэтому Громыко без дипломатии деловито поинтересовался, есть ли у евреев возможность обеспечить разгрузку оружия, если оно будет им продано.

Оружие палестинские евреи получили через Чехословакию. Аэродром в Ческе-Будеевице выделили для отправки оружия и снаряжения палестинским евреям. Они получали артиллерию и минометы, немецкие истребители «мессершмит» и старые английские «спитфайры».

Летали по маршруту Чехословакия–Палестина бывшие военные летчики, ветераны Второй мировой. Большинство были американцами. Они нелегально приезжали в Чехословакию. Потом они объясняли, что же заставляло их рисковать жизнью:

– Машины были загружены под завязку. Но ты знал – если сядешь в Греции, отберут самолет и груз. Сядешь в любой арабской стране – просто убьют. Но когда ты приземляешься в Израиле, тебя ждут бедно одетые люди.

У них нет оружия, но оно им нужно, чтобы выжить. Ты понимаешь, кого напоминают эти люди, которые так плохо выглядят, – евреев, которых отправляли в концлагеря. Но эти не позволят себя убить, если ты им поможешь. Поэтому утром ты готов лететь вновь, хотя понимаешь, что каждый полет может оказаться последним...

Западные державы подготовили в Совете Безопасности ООН проект заявления «о проникновении вооружений морским и сухопутным путем в Палестину». Заявление должно было помешать евреям получать оружие. Советский представитель Андрей Громыко наложил на него вето. Советский Союз бдительно охранял интересы сионистов [эх, вот так бы действовали в ООН в Корейскую войну! – wsf1917].

В этот день египетская военная колонна, включавшая танки, находилась всего в нескольких десятках километров от Тель-Авива. Если бы египтяне захватили ТельАвив, дело сионистов было бы проиграно. Войск, способных прикрыть город, в распоряжении палестинских евреев не было. И в бой отправили все, что было, – эти четыре самолета. Из боя вернулся один. Но увидев, что у евреев появилась авиация, египтяне испугались и остановились. Они не решились взять фактически беззащитный город.

«Кто знает, – вспоминала премьер-министр Израиля Голда Меир, – устояли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупить в Чехословакии и транспортировать через Югославию и другие балканские страны в те черные дни начала войны, пока положение не переменилось в июне сорок восьмого года

Оглядываясь назад, нельзя не сказать, что история Ближнего Востока пошла бы иначе, если бы соседние арабские страны не решили сразу же задушить еврейское государство. Сколько войн и каких жертв можно было бы избежать, если бы арабские властители проявили меньше себялюбия, спокойно встретили появление ничем им не угрожавшего Израиля и позволили палестинским арабам создать свое государство.

Если бы в девятнадцатом году они не возражали против декларации лорда Бальфура, небольшое еврейское население Палестины получило бы всего лишь крохотную автономию. Евреи довольствовались бы положением национального меньшинства в арабском государстве, как христиане-марониты в Ливане. Если бы перед Второй мировой войной арабы согласились с британским предложением создать в Палестине крохотное еврейское государство и крупное арабское, Израиль, получивший бы считанные квадратные километры, был бы вообще незаметен.

То, чего добиваются палестинцы столько лет, ради чего они погубили множество жизней – своих и чужих, – палестинское государство могло появиться в мае сорок восьмого года. И не евреи помешали арабам. Сами арабские страны не позволили тогда палестинским арабам создать свое государство. Эта идея даже не обсуждалась, ничего не было сделано для провозглашения арабского государства. Так началась трагедия Ближнего Востока.

Первый премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион серьезно относился к поиску компромисса с арабами. Перефразируя Достоевского, он говорил: – Сионизм не имеет морального права нанести вред даже одному единственному арабскому ребенку, даже если это цена всех надежд сионистов.

Первые сионисты романтически относились к арабам, считали их соплеменниками. Один из них писал об арабах: – Они, правда, перестали вести общую с нами жизнь уже полторы тысячи лет назад, но остались костью от кости нашей и плотью от плоти нашей. Ясно, что между нами могут установиться только братские отношения. Братские не только в политическом смысле, поскольку история заставит нас вести общую жизнь в одном государстве, но и отношения братьев по расе, детей одной нации.

До начала Первой мировой войны отношения между двумя общинами складывались вполне прилично. Многие евреи, особенно в Иерусалиме, свободно говорили по-арабски. Еврейские и арабские дети играли вместе.

Один из сыновей Хусейна, эмир Фейсал, будущий король Ирака, в мае восемнадцатого года встретился с главой Всемирной сионистской организации Хаимом Вейцманом и сказал, что не возражает против планов сионистов: прежние столкновения между арабами и евреями были результатом турецких интриг. В конце года они вновь встретились – на сей раз в Лондоне. Фейсал уверенно сказал Вейцману, что никаких трений между арабами и евреями в Палестине не будет.

Эмир Фейсал не возражал против того, что Палестина станет еврейской: – Мы сердечно говорим евреям – добро пожаловать домой. Почему же между еврейским и арабским населением Палестины возникла вражда, которая переросла в боевые столкновения? Была ли эта вражда неизбежной?

Конечно, палестинские евреи допустили немало ошибок. Они не учили арабский язык, не пытались понять своих соседей, не принимали во внимание особенности их психологии и мироощущения. Они не понимали, что арабы не терпят поспешности, что к ним надо уметь найти подход, разговаривать не торопясь, спокойно и уважительно, и что доверие арабов завоевывается постепенно.

Но вполне возможно, что еврейским поселенцам все равно не удалось бы убедить арабов в возможности совместной жизни. Борьба с сионизмом, то есть с возвращением евреев в Палестину, стала стержнем арабского национального движения. Любые попытки сионистов найти умеренных арабских лидеров и договориться об условиях сосуществования, заканчивались трагически. Тот, кто садился за стол переговоров с евреями, подписывал себе смертный приговор.

Нацисты нашли приют на арабском востоке. В те годы в документах советского Министерства иностранных дел очень сочувственно писали о евреях, которые вынуждены вооружаться, чтобы обороняться от арабов. Совсем иначе говорилось об арабах:

«Предатели и квислинги со всего мира стекаются в Палестину и принимают участие в борьбе на стороне арабов, среди них подонки Андерса, боснийские мусульмане из лагерей перемещенных лиц в Германии, военнопленные немцы, бежавшие из лагерей в Египте, «добровольцы» из франкистской Испании.

Страны Арабской лиги, выполняя решения совета Лиги, засылают в Палестину многочисленные вооруженные отряды арабов, которые передвигаются на автомобилях и имеют на вооружении минометы и автоматические ружья. Вооружение арабы получают из арабских стран, которые снабжает Англия.

Арабы в последнее время перешли к систематическим и планомерным операциям против разбросанных по всей стране еврейских колоний. Евреи лишены помощи в людях извне, несут большие потери убитыми и ранеными, что пагубно отразится на сопротивлении этой маленькой общины...»

Полвека эти документы советского Министерства иностранных дел были секретом и хранились за семью замками. Они противоречат той версии арабо-израильского конфликта, которую приняли в Москве позже, когда Израиль стали считать врагом.

Так называемой «Арабской освободительной армией» командовал сириец Фаузи аль-Каукчи. Во время Второй мировой войны он командовал арабскими частями в составе вермахта. Немцы произвели его в майоры. После разгрома нацистской Германии Фаузи избежал наказания и бежал на Ближний Восток, чтобы заняться прежним делом – уничтожением евреев.

Немалое число немецких военных преступников бежали на Ближний Восток. Немцам здесь не очень нравилось, они предпочитали более цивилизованную Латинскую Америку. Но принимали их в арабских странах хорошо, англичанам не выдавали, предлагали работу по специальности.

Cчитается, что один из самых отвратительных военных преступников – гестаповец Алоиз Бруннер – укрылся в Сирии. Сирийские власти неизменно отвечали, что такой человек им неизвестен. Его выследили, нашли дом, где он жил. Он потерял три пальца на руке, когда вскрывал посылку, полученную, видимо, от Моссада в Дамаске.

Упоминавшиеся в документах советского министерства иностранных дел боснийские мусульмане – это бывшие солдаты добровольческой дивизии войск СС, которую сформировали немцы с помощью великого муфтия Иерусалима Амина аль-Хуссейни.

Осенью сорок первого немцы доставили его в Берлин. Его принял Гитлер, затем рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Всю войну муфтий провел в Берлине, призывая немцев неустанно уничтожать евреев. После войны вернулся на Ближний Восток, чтобы продолжить любимое дело без нацистов. Великий муфтий – дядя Ясира Арафата.

Арабские страны не желали появления ни еврейского государства, ни палестинского. Иордания и Египет собирались поделить Палестину между собой. Соотношение сил было таково, что арабские страны не сомневались в успехе: несколько сотен тысяч евреев против десятков миллионов арабов.

Генеральный секретарь Арабской лиги обещал: – Это будет война на уничтожение и грандиозная резня.

«Наша война против евреев, – заявляли египетские политики, – это давняя битва, начатая пророком Мохаммедом. Наш долг – сражаться с евреями во имя Аллаха и мусульманской веры, наш долг – закончить начатую Мохаммедом войну».

Вот поэтому в мае сорок восьмого года западные политики наперебой советовали палестинским евреям не спешить с провозглашением собственного государства. Государственный секретарь Соединенных Штатов Джордж Маршалл предупредил будущего министра иностранных дел Израиля Моше Шертока, что, если на еврейское государство нападут арабские армии, на помощь Соединенных Штатов рассчитывать не следует.

Вернувшись в Тель-Авив, Шерток передал Бен-Гуриону слова американского госсекретаря и заметил, что, может быть, в такой ситуации с провозглашением еврейского государства следует повременить. Но Бен-Гурион считал, что евреи ждали этого момента две тысячи лет – никто не может обвинить их в недостатке терпения. Но сейчас терять время глупо. В пятницу, четырнадцатого мая сорок восьмого года, в четыре часа дня в здании музея на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве было провозглашено Государство Израиль.

Бен-Гурион зачитал Декларацию независимости:

– Насильственно изгнанный со своей родины, еврейский народ остался верен ей... Преисполненные сознания этой исторической связи, евреи из поколения в поколение предпринимали попытки вновь обосноваться на своей древней родине. Эти люди стали защитниками родной земли, их трудом расцвела пустыня, они возродили древний язык, построили города и поселки... На этом основании мы, представители еврейского населения, в день истечения британского мандата в силу нашего естественного и исторического права и на основании решения Генеральной Ассамблеи ООН провозглашаем создание еврейского государства – Государства Израиль...

Бен-Гурион сразу же обратился к палестинским арабам и арабским государствам:

– Призываем сынов арабского народа, проживающих в Государстве Израиль, блюсти мир и участвовать в строительстве государства на основе полного гражданского равноправия... Протягивая руку мира всем соседним государствам и их народам, призываем их к сотрудничеству с еврейским народом...

Вся процедура провозглашения государства заняла пятнадцать минут. Через несколько часов после этого министр иностранных дел Египта уведомил председателя Совета Безопасности ООН, что египетская армия пересекла границы Палестины, чтобы навести там порядок. В субботу утром арабские самолеты бомбили в Тель-Авиве электростанцию и аэропорт. Погибли сорок четыре мирных жителя.

В Палестину с севера, востока и юга вторглись армии Египта, Сирии, Трансиордании, Ирака и Ливана. Они хотели уничтожить еврейское государство в зародыше, но натолкнулись на ожесточенное сопротивление. Египетские войска были окружены на южном фронте в районе Фалуджи. Полтора месяца египтяне не могли вырваться из окружения...

Единственным государством, оказавшим Израилю практическую помощь, был Советский Союз. К нему обратились израильские руководители в критической ситуации. Сталин через Чехословакию обеспечил палестинских евреев оружием и боеприпасами. А боевой дух еврейских солдат был очень высок. Они знали, что могут или победить, или умереть. Отступать или бежать им было некуда.

Впервые за две тысячи лет они могли защищать свои жизни с оружием в руках и не собирались теперь никому ничего уступать. Если арабские государства не признают границы, намеченные ООН, то эти границы и для Израиля не будут обязательными. Израиль намерен сражаться, и каждый получит то, что сумеет завоевать силой оружия.

Советская печать клеймила арабских реакционеров, которые пытаются задушить еврейское государство. А в ООН советские дипломаты сражались против арабских стран и Англии, которые пытались урезать «суверенные права Израиля», и всячески защищали еврейское государство. На заседании Совета Безопасности советский представитель потребовал немедленно вывести с территории Палестины иностранные вооруженные формирования, то есть арабские армии, пытавшиеся уничтожить в зародыше еврейское государство.

Считается, что ближневосточный конфликт возник из-за палестинской проблемы, из-за того, что палестинские арабы бежали с родной земли и лишились родины. В реальности соседние страны начали войну против Израиля до бегства палестинских арабов и руководствовались отнюдь не заботой о положении палестинских арабов. Советскую дипломатию проблема арабских беженцев тогда вообще мало интересовала. Евреи из арабских стран (около девятисот тысяч человек) вынуждены были, бросив дома и все имущество, бежать из родных мест. Полмиллиона обосновались в Израиле, где начали новую жизнь.

Советские дипломаты считали, что не пожелавшие оставаться в Израиле арабы должны обосноваться в соседних арабских странах. Такой обмен населением не казался советским руководителям чем-то необычным [такими кроме прочего были итоги только что завершившейся тогда войны в Европе и на Дальнем Востоке: "судетские немцы" из Чехословакии, как и немцы с западных территорий Польши, и всей территории Восточной Пруссии отправлялись в Германию, также как и японцы с Южного Сахалина и Северных островов "возвращались" в Японию].

Моше Шерток, назначенный министром иностранных дел Израиля, от имени временного правительства пятнадцатого мая отправил телеграмму советскому министру иностранных дел Молотову с просьбой об официальном признании: «Я пользуюсь этой возможностью, чтобы выразить чувства глубокой благодарности и понимания еврейского народа Палестины за твердую позицию, занятую делегацией СССР в ООН в поддержку образования независимого суверенного еврейского государства в Палестине; за последовательное продвижение ею этой идеи, несмотря на все трудности...».

Первыми Израиль признали Соединенные Штаты. Это произошло буквально через десять минут после провозглашения еврейского государства. Но американцы признали Израиль «де-факто», это предполагало более низкий уровень дипломатических отношений. «Деюре» Соединенные Штаты признали Израиль только тридцать первого января сорок девятого года.

Американцы ждали выборов, потому что ЦРУ предсказывало победу [в Израиле] левым и приход к власти просоветского правительства. К американским дипломатам в Израиле отнеслись сдержанно. Военно-воздушного атташе полковника Арчибальда, располагавшего собственным самолетом, предупредили, что в случае отклонения от установленного курса по самолету будет открыт огонь. Израильтяне не шутили: в марте сорок девятого самолет Арчибальда обстреляли. Ему пришлось снизиться и совершить посадку.

Советский Союз первым признал еврейское государство в полном объеме, де-юре, поэтому советского посланника встретили в Израиле с особым почетом. Американское представительство отправило в Вашингтон подробный отчет о прибытии советских дипломатов, с разочарованием отметив, что, несмотря на поздний час, приветствовать советского посла собралась большая толпа.

Единственное, что утешило американцев, – недовольство усталых официанток в гостинице, где советские дипломаты в три часа ночи потребовали полный обед из пяти блюд. По случаю приезда советской миссии в Израиль около двух тысяч человек собралось в здании одного из самых больших кинотеатров Тель-Авива «Эстер», на улице собралось еще около тысячи человек, которые слушали трансляцию всех выступлений. Над столом президиума повесили большой портрет Сталина и лозунг «Да здравствует дружба между Государством Израиль и СССР!» При упоминании Советского Союза и советских представителей, особенно Громыко, зал взрывался аплодисментами.

Хор рабочей молодежи исполнил еврейский гимн, затем гимн Советского Союза. «Интернационал» пел уже весь зал. Затем хор исполнил еще несколько советских песен – «Марш артиллеристов», «Песнь о Буденном»... Семнадцатого августа советский посланник Павел Иванович Ершов вручил верительные грамоты премьер-министру Израиля Бен-Гуриону. У гостиницы, где остановился Ершов, на улицах стояли люди, которые искренне приветствовали советского посланника. У дома премьер-министра был выстроен почетный караул в составе сорока солдат. Оркестр исполнил государственный гимн Советского Союза и Ха-Тикву. После вручения верительных грамот Бен-Гурион сказал первому советскому посланнику Павлу Ивановичу Ершову: – Народ Израиля обязан Советскому Союзу за его моральную поддержку в ООН. Государство Израиль сейчас уже окрепло, его народ, и особенно молодежь, знают, что воюют за свое государство и свою идею, и, надо сказать, умеют воевать, что было доказано в боях.

Множество советских евреев ощутили солидарность с Израилем и были готовы помочь молодому государству. Офицеры-евреи и ветераны войны, недавно снявшие погоны, изъявляли готовность отправиться в Палестину, чтобы помочь Израилю.

Дважды Герой Советского Союза танкист Давид Абрамович Драгунский предлагал сформировать дивизию и перебросить ее в Палестину. Молодой герой войны не предполагал тогда, что со временем престарелого генерал-полковника Драгунского попросят возглавить Антисионистский комитет советской общественности с задачей «разоблачать агрессивную политику Израиля и преступления международного сионизма»...

http://abcdefgh.livejournal.com/438538.html

спасибо

kommari

 

Tags: Ближний Восток, всемирная история, империализм, история СССР, коммунизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments